Татары — тюркский народ Поволжья и Приуралья, второй по численности народ России. Их предки создали Волжскую Булгарию и Казанское ханство, которое Москва завоевала в 1552 году. В 1990 году Татарстан провозгласил государственный суверенитет; татарское национальное движение добивается независимости.
- Численность в России
- 4 713 669 человек
- По регионам
- Татарстан — 2 091 175 (53,6 % населения); Башкортостан — 974 533 (24,2 %)
- Расселение
- Татарстан, Башкортостан, другие регионы Поволжья, Урала и Сибири; также Казахстан, Средняя Азия и другие страны
- Группы
- волго-уральские, сибирские и астраханские татары; крещёные татары (кряшены)
- Язык
- татарский, кыпчакская группа тюркской семьи
- Религия
- в основном ислам суннитского толка (ханафитский мазхаб); часть — православие
Ligdeki örgütler
- Совет татар мира («Татар Шурасы»), руководитель Руслан Айсин
- Комитет независимости Татарстана, руководитель Аида Абдрахманова
- Татарское освободительное движение «Азатлык»
История
Почти семьдесят тысяч квадратных километров у слияния Волги и Камы: леса, поля, степи и города, которым сотни лет. Четыре миллиона жителей, из которых татары составляют чуть больше половины. Нефть и нефтехимия, грузовики и вертолеты, сильные университеты и цифровые технологии. Почти пять веков истории, в которых татары снова и снова отстаивали право решать свою судьбу сами.
Эта статья о тех, кто мечтал о свободе и боролся за нее. О ханше Сююмбике и о Казани, павшей в 1552 году. О шакирдах и мударрисах, сделавших Казань столицей мусульманского просвещения России. О поэте Тукае, умершем в двадцать шесть лет и ставшем голосом народа. О съездах 1917 года и государстве Идель-Урал. О Мирсаиде Султан-Галиеве, расстрелянном республикой, которую он помогал создавать. О тех, кто в 1992 году на референдуме поддержал суверенитет, и о тех, кто сегодня защищает родной язык в школах.
1552–1773: падение Казани, крещение и вынужденная терпимость
Казанское ханство, наследник Волжской Болгарии и Золотой Орды, пало осенью 1552 года после штурма войсками Ивана IV. Присоединение не было договором. Татар выселили из города в слободы за Булаком, земли раздали служилым людям и монастырям, часть мурз влилась в русское дворянство. Образ ханши Сююмбике остался в народной памяти символом утраченной государственности.
Следующие два столетия прошли под давлением веры. Мечети разрушали, строить новые запрещали, а в 1730-х годах появилась Контора новокрещенских дел, занимавшаяся обращением мусульман и язычников. Сотни мечетей Казанского края были уничтожены, десятки тысяч людей крестили силой. Волнения в крае вспыхивали снова и снова, а в 1773–1775 годах многие татары примкнули к Пугачеву.
Лишь страх перед новыми восстаниями заставил империю сменить курс. В 1773 году Екатерина II провозгласила веротерпимость, а в 1788 году появилось Оренбургское духовное собрание. Так сложилась схема, которая будет повторяться: сначала сила, потом вынужденное признание, а права держатся ровно до тех пор, пока центр считает нужным их терпеть.
XIX — начало XX века: шакирды, джадиды и Тукай
Лишенные политических прав, татары вкладывали силы в просвещение. Шигабутдин Марджани писал историю народа. Каюм Насыри составлял словари, переводил и занимался просветительством. Возникли медресе «нового метода», типографии, газеты, театр. Казань стала центром мусульманской мысли империи, а татарские купцы, меценаты и просветители заговорили о нации как о едином целом.
В 1905 году в Нижнем Новгороде собрался первый Всероссийский мусульманский съезд. Юсуф Акчура писал о судьбе тюркских народов, Садри Максуди работал в Государственной думе. А Габдулла Тукай в 1909 году написал «Родной язык», стихотворение, которое до сих пор знает наизусть каждый татарский школьник. Новое поколение мыслило уже не сословиями и общинами, а нацией.
1917–1920: Идель-Урал и несостоявшаяся республика
Революция 1917 года открыла окно возможностей. Татарские и башкирские делегаты собирались на съезды, обсуждали национально-культурную автономию, а затем и создание собственных государств в Волго-Уральском регионе. Идея получила название Идель-Урал. Среди ее сторонников были писатель Садри Максуди и общественный деятель Аяз Исхаки.
Государство не успело родиться. Весной 1918 года Красная армия разогнала его органы, а Москва предложила взамен собственный проект: Татаро-Башкирскую республику, разработанную с участием Султан-Галиева. Но и ее отложили, а затем и вовсе забыли. Максуди и Исхаки уехали в эмиграцию и больше не вернулись.
В мае 1920 года была провозглашена Татарская АССР, но уже в границах, которые не устраивали никого из национальных деятелей. Большинство татар оказалось за пределами республики – в Башкирии, Поволжье, на Урале и в Сибири. Республика досталась татарам, но лишь как небольшая часть собственного народа.
1920–1950-е: Татарская АССР и «султангалиевщина»
Мирсаид Султан-Галиев, татарский большевик и сподвижник Сталина, мечтал о том, чтобы мусульманские народы стали равными партнерами революции. В 1923 году его арестовали, и он стал первым высокопоставленным коммунистом, репрессированным по обвинению в национализме. Слово «султангалиевщина» стало обвинением, которое можно было предъявить любому татарскому деятелю с самостоятельными взглядами. В 1940 году Султан-Галиев был расстрелян.
Сталинские репрессии 1930-х годов уничтожили целое поколение: писателей, учителей, ученых, партийных работников, мулл. Писатель Галимджан Ибрагимов был арестован в 1937 году и погиб. Книги изымали из библиотек, имена вычеркивали из истории.
Менялся и сам язык. В 1927–1928 годах татарский перевели с арабской графики на латиницу, а в 1939–1940 годах – на кириллицу. Каждый такой переход отрезал народ от письменного наследия предков. Выводы остались прежними: автономия допустима, пока она декоративна. Как только национальная элита требует реальных полномочий, ее уничтожают.
1940–1980-е: нефть, КАМАЗ и тишина
В 1948 году открыли Ромашкинское месторождение, одно из крупнейших в стране. Татарская АССР стала нефтяной республикой, а в 1970-х годах добывала более ста миллионов тонн в год. Росли Альметьевск, Нижнекамск, Набережные Челны, где с 1969 года строили КАМАЗ. Доходы от нефти уходили в союзный бюджет, а республика получала лишь небольшую часть.
Водохранилища на Волге и Каме затопили плодородные земли и сотни сел. В городах закрывались татарские школы, и к концу советской эпохи многие городские татары свободно говорили только по-русски. Русский был языком карьеры, а татарский воспринимался как язык деревни.
Но память не умерла. Стихи Тукая, песни, дастаны и традиции жили в семьях. В конце 1980-х, когда стало можно говорить вслух, возникли Татарский общественный центр и партия «Иттифак», а на площадях Казани заговорили о языке, о суверенитете, о возвращении запрещенных имен.
1990–1994: суверенитет и договор
В августе 1990 года в Казани Борис Ельцин произнес фразу, ставшую крылатой: брать суверенитета столько, сколько республики смогут проглотить. 30 августа Верховный Совет принял Декларацию о государственном суверенитете Татарской ССР. В июне 1991 года первым президентом республики избрали Минтимера Шаймиева.
21 марта 1992 года в республике прошел референдум. На вопрос о том, является ли Татарстан суверенным государством, субъектом международного права, строящим отношения с Россией и другими государствами на основе договоров, ответили «да» около 61 % при явке свыше 80 %. Вместе с Чечней Татарстан отказался подписывать Федеративный договор. В 1992 году в Казани собрался первый Всемирный конгресс татар, а в ноябре приняли Конституцию, провозгласившую республику суверенным государством, связанным с Россией договором.
Республика бойкотировала референдум по российской Конституции 1993 года. И 15 февраля 1994 года Москва подписала с Казанью договор о разграничении полномочий – первый подобный документ в стране. Татарстан получил право распоряжаться значительной частью собственных ресурсов, а татарский язык стал государственным наравне с русским. Открывались школы, вузы, театры, возвращались книги и имена.
2000–2018: договор, который не продлили
Империя закрывала окно постепенно. С начала 2000-х годов республиканские законы «приводили в соответствие» с федеральными. В 2002 году из Конституции Татарстана убрали положения о суверенитете и о статусе субъекта международного права. Налоги и контроль над собственностью все больше уходили к центру.
В 1999 году Татарстан принял закон о переходе татарского языка на латиницу. В 2002 году федеральный закон потребовал, чтобы языки народов России использовали только кириллицу, а Конституционный суд в 2004 году эту норму подтвердил. Вопрос об алфавите, то есть о праве народа самому выбирать, как писать на родном языке, решили без народа.
Договор 1994 года Москва продлевала в 2007 году, а в 2017-м позволила ему истечь и больше не возобновляла. Татарстан оказался последней республикой, у которой был такой договор. В 2015 году татарского активиста Рафиса Кашапова приговорили к трем годам колонии за публикации о Крыме и о судьбе татар.
Летом 2017 года президент Путин заявил, что нельзя заставлять людей учить язык, не являющийся для них родным. Последовали прокурорские проверки татарстанских школ, после чего часы татарского языка резко сократили. В 2018 году федеральный закон сделал изучение родных языков в школах добровольным. Для многих семей это стало сигналом – язык, за который боролись Марджани, Тукай и Ибрагимов, снова отодвинули на обочину.
2019–2026: язык, перепись и чужая война
Перепись 2021 года показала, что татар в России стало заметно меньше, чем по переписи 2010 года. Это связано с ассимиляцией, с давлением на язык и с тем, что многие перестают называть себя татарами. Часы татарского в школах остаются минимальными, а слово «президент» применительно к главе республики федеральный закон запретил. Должность пришлось переименовать, и осталось тюркское слово «раис».
Мобилизация осени 2022 года особенно тяжело ударила по национальным республикам, и Татарстан не стал исключением. В Казани, как и в других городах, люди выходили на улицы, и были задержания. Часть татарских активистов были вынуждены уехать в эмиграцию, откуда пытались донести до соотечественников, что эта война для татар чужая. Внутри республики открытое несогласие с решениями федеральной власти абсолютно невозможно: за высказывания против войны и за призывы к самоопределению грозят штрафы и уголовные дела.
Завтра: свободный Татарстан
Утраченная государственность еще не означает утраты способности к государственному строительству. За столетия пребывания республики в составе империи и подчинению Москве татары смогли сохранить язык, культуру, общественную мысль и память о собственной истории.
Современный Татарстан обладает мощной экономической основой и людским потенциалом, позволяющими всерьез планировать создание самодостаточного успешного государства.
И речь не только о природных ресурсах. Это – нефтепереработка и нефтехимия, машиностроение, сельское хозяйство, транспорт, научные центры и высококвалифицированные кадры.
Республика умеет добывать сырье, перерабатывать его, выпускать сложную конкурентную продукцию и обладает огромным человеческим потенциалом. Но, имея все это, сталкивается с глубокими социально-экономическими проблемами, источниками которых является зависимость от федерального центра. Независимость позволит устранить многие из них – ведь имеющейся экономической базы и доходов от недр достаточно на поддержку качественного образования, медицину, науку и создание фонда будущих поколений.
Национальное движение
Всетатарский общественный центр (ВТОЦ) был основан 7 июля 1988 г. в Казанском университете. 10 июня 2022 г. Верховный суд Татарстана признал ВТОЦ экстремистским и ликвидировал. Рафис Кашапов, руководитель отделения ВТОЦ в Набережных Челнах, в 2015 г. получил три года колонии за призывы к сепаратизму и в 2018 г. эмигрировал в Великобританию. В эмиграции действуют «Правительство Независимого Татарстана» и Комитет независимости Татарстана (Аида Абдрахманова). Совет татар мира («Татар Шурасы») создан в 2025 г. и 27 мая 2026 г. вошёл в Лигу.
Сегодня
В апреле 2026 г. Минюст признал Совет татар мира «иностранным агентом», а в октябре 2026 г. Роскомнадзор заблокировал его сайт. В 2017 г. в Татарстане отменили обязательное изучение татарского языка в школах. В мае 2024 г. по Татарстану прошла волна обысков и арестов. В 2023 г. уголовное дело завели на казанского блогера Парвину Абузарову, осудившую войну.