После начала войны и западных санкций Европа почти перестала покупать российскую нефть. России пришлось искать новых покупателей, и главным из них стал Китай.
Пекин быстро понял, что у Кремля нет выбора, и начал диктовать цену. Результат признал даже глава «Роснефти» Игорь Сечин: с 2022 года Китай сэкономил на российской нефти $27 млрд. Это около 2,3 трлн рублей.
В конце августа российская нефть Urals продавалась в портах примерно на $26–27 за баррель дешевле мировой марки Brent.
Возникает простой вопрос: чьи это деньги?
Нефть добывают регионы, а решает Москва
Нефть не лежит под Кремлем. Ее добывают в Западной и Восточной Сибири, на Дальнем Востоке, на Севере и в Арктике, в Татарстане и Башкортостане. Там стоят скважины, трубопроводы и промыслы. Там живут люди, которые эту нефть добывают и которые дышат последствиями ее добычи.
Но почти все деньги от нефти собирает федеральный центр. Через налоги они уходят в Москву, и уже Москва решает, кому и сколько вернуть.
Также Москва решает, по какой цене продавать нефть. Регионы на это никак не влияют. Их просто ставят перед фактом.
Поэтому скидка Китаю оплачена не из кармана Кремля. Она оплачена из кармана нефтяных регионов. Москва распорядилась их ресурсом и отдала часть его стоимости иностранному покупателю.
Что регионы могли получить на эти деньги
2,3 трлн рублей — огромная сумма. Это примерно в полтора раза больше годового бюджета Московской области и во много раз больше бюджетов большинства регионов.
На эти деньги:
- Татарстан мог бы построить десятки больниц;
- Саха — сотни километров дорог и мосты;
- Башкортостан — школы и детские сады;
- все регионы — поддержать молодые семьи и пенсионеров.
Вместо этого деньги остались в Китае.
Китай богатеет, бюджет России пустеет
Пока Китай экономит, нефтяные доходы России падают:
- в августе бюджет получил 424 млрд рублей от нефти и газа — на 16% меньше, чем год назад, и примерно на 43% меньше, чем в среднем в марте–июле;
- за восемь месяцев — 5 трлн рублей, на 17% меньше прошлого года;
- цена Urals упала до $59 за баррель в августе против $86 в июне и $94 в мае.
При этом бюджет еще и доплачивает нефтяникам. Из-за атак беспилотников на НПЗ государство увеличило выплаты по демпферу и обратному акцизу: только в августе бюджет выплатил нефтяникам 304,6 млрд рублей по демпферу и обратному акцизу, а за апрель–август — 1,5 трлн рублей. Это больше, чем годовые бюджеты Татарстана, Башкортостана и Саха вместе взятые.
Получается абсурдная картина: нефть продают Китаю со скидкой, а дыру в бюджете затыкают снова за счет всей страны.
Почему так вышло
Когда у продавца много покупателей, он выбирает, кто заплатит больше. Когда покупатель один, цену назначает он.
После 2022 года Кремль сам загнал себя в такую ловушку. Европа закрылась, перевозка нефти стала дороже и сложнее, понадобились посредники и «теневые» танкеры. Китай этим воспользовался.
Для Пекина это удачная сделка. Для Кремля — цена его собственной политики. А расплачиваются за нее регионы, которые не принимали этих решений.
Итог
Вывод о том, что «Москва отдала Китаю $27 млрд» — не преувеличение. Нефть принадлежит земле регионов, а Москва забирает себе право решать, за сколько ее продать и куда пустить деньги. И теперь, по признанию самой «Роснефти», $27 млрд от этой нефти достались не Сибири, не Татарстану, не Саха и не Башкортостану, а Китаю.
Нефть — не московское месторождение. Но платить за решения Москвы почему-то всегда приходится регионам.
